Если быть честным с собой и не прятаться за общепризнанные стандарты прекрасного, то нет другого способа упорядочить мир перед камерой чем тот, в котором самому нужно определять границы красоты и уродства. И границы эти будут защищены только надеждой на то, что краткий опыт искреннего приближения к совсем другому сумеет передать камера. Когда это происходит, появляется фотография, которая при всей уникальности ситуации, персонажа или автора становится чем-то общим для многих зрителей. Глядя на эту предельно простую по композиции фотографию, возникает ощущение что все что понял и успел пережить к своим скольки-то годам, ничего не стоит перед этим страстным яростным взглядом. Хочется одновременно отвернуться и продолжать смотреть.
Лицо по другую сторону камеры другое. Цепкий, но усталый взгляд и трогательный цветок в зубах. Лицо человека, который в одинокой смелости следуя за своей чувствительной камерой, каждый раз видит людей как-будто впервые. И этот рискованный взгляд, лишенный ограниченности нормы, утверждает свою красоту.